Ромео и Джульетта, театр Драмы, спектакль, премьера,

Елена Имбирева о бессмертной истории разыгравшейся на сцене театра Драмы

Фев 1 • PRO Искусство, В НОМЕР

В Саратовском академическом театре драмы состоялась премьера спектакля «Ромео и Джульетта». В день премьеры, 23 января, зал был полон. Оправдались ли ожидания зрителей, пришедших, чтобы еще раз увидеть действительно бессмертную историю о двух влюбленных, чьи имена давно стали нарицательными, принесенных в жертву старой и давно потерявшей смысл вендетте двух «почтенных семейств»?

О спектакле

Предложенная режиссером-постановщиком Мариной Глуховской версия Шекспировской трагедии, безусловно, спорная. Сама идея наложения классического сюжета (и текста) на реалии нашего времени не нова – достаточно вспомнить фильм База Лурмана «Ромео и Джульетта», которому в нынешнем, 2016 году исполняется ровно двадцать лет, – так что говорить о «творческом эксперименте» вряд ли правомерно. Впрочем, любой акт творчества, по сути, всегда эксперимент.
Спектакль масштабен, пластичен, богат музыкой и множеством тонких, почти незаметных деталей, подчеркивающих атмосферу времени и места. А первое же появление главных героев – и Джульетты (студентка театрального института Екатерина Дудченко) с порывистыми, чуть угловатыми движениями, с милыми рыжими «хвостиками»; и Ромео (Максим Локтионов) в кедах и закатанных джинсах, – сразу заставляет вспомнить, что «Ромео и Джульетта» не просто история трагической любви. Это история любви двух подростков, по нашим современным меркам почти детей, с присущими им и их чувствам наивностью и максимализмом. И прекрасный дуэт Дудченко-Локтионов не позволяет забыть об этом ни на минуту. Говоря об актерской игре, достойной самых добрых слов, хотелось бы отдельно упомянуть Любовь Воробьеву и заслуженного артиста России Виктора Мамонова, чьи герои – няня Джульетты и отец Лоренцо – были удивительно «живыми»: ироничными, мудрыми, искренними.

О непопадании

Но, к сожалению, были в спектакле и моменты «непопадания». Разумеется, это вопрос зрительского восприятия и личного вкуса. Семейство Капулетти многочисленно и хорошо узнаваемо со всеми «чадами и домочадцами» и атрибутами благополучия, эдакие буржуа, где чинно прогуливаются (по крайней мере днем) девочки в школьных формах, где благовоспитанные мальчики на переменах занимаются спортом. А вот Монтекки… Как-то не очень удается выделить их на сцене, да и в этом обществе. Есть, конечно, сеньор и сеньора Монтекки, есть кузен Ромео Бенволио. Но противостояние двух «почтенных семейств», о котором говорил Шекспир, в спектакле больше напоминает противостояние «золотой молодежи» из благополучных семей и уличной банды. Собственно, рэп в исполнении «неформалов» из клана Капулетти это практически подтверждает. Уместна ли такая «социализация» сюжета? Как ни странно, ни актуальности, ни современности она пьесе не прибавляет. И вспомните – ведь смерть двух влюбленных детей, которых разлучила застарелая вражда их кланов, положила конец этой самой вражде. Иных причин, по которым Ромео и Джульетта не могли бы быть вместе, просто не было. Это была пусть невольная, неосознанная, но жертва. Чтобы наконец-то избавиться от лишенной здравого смысла ненависти, две семьи потеряли самое дорогое, что у них было, заплатили поистине страшную цену.

Это интересно:  Оставаться самим собой!

О финале

Несколько смазанным кажется и финал, лишенный последнего монолога Джульетты над телом Ромео. Екатерина Дудченко справилась великолепно – смех ее Джульетты, торопливо глотающей горсть таблеток, не просто истеричен, он по-настоящему безысходен, безнадежен. Но в итоге возникает какое-то чувство недоумения (нет, не по поводу таблеток, так кстати оказавшихся у Джульетты под рукой, при том, что отец Лоренцо сам приготовил и дал ей «зелье в склянке»), словно спектакль не окончен, а просто оборван, брошен.
Впрочем, сколько людей, столько и мнений. Актеров долго не отпускали со сцены – аплодисменты, цветы, подарки, крики «браво»… Значит, каким бы неоднозначным не было новое прочтение вечной классики, каждый из пришедших на спектакль нашел в нем что-то свое. Зрители не остались равнодушными – разве не это главное? И, может быть, девочка лет шестнадцати, перед началом спектакля спросившая в фойе у своих родителей: «А что это вообще такое?», придя домой захочет почитать Шекспира…

Текст: Елена Имбирева
Фото: Алексей Гуськов
Специально для CityGu.ru

Комментарии закрыты.

« »